Сен 062016
 

volkovВот идёт навстречу стройный, подтянутый дед. Ни в жизнь ему не дашь восьми десятков. Только походка подкачала. Видно, ноги были когда-то покалечены. Здоровается, протягивает правую руку: вижу, что и рукам досталось.

— Рука — это ерунда — баловство подвело, — так и начинается разговор с Виктором Семёновичем Волковым — удивительным и настоящим мужиком.

Он из поколения детей войны. Хлебнул мальцом от «щедрот» оккупации, не миновал фашистского плена: Виктор Семёнович — малолетний узник. Нынче ведёт общественную работу в районной организации малолетних узников, но рассказывать о тех временах — не охотник. Зато увлечённо повествует о перипетиях своей трудовой биографии, а рассказать есть о чём.

Сам родом из Саково, окончив пять классов, поступил в ближайшую к родной деревне школу Фабрично-заводского обучения (ФЗО), располагавшуюся, как известно, в Дятькове. Плотничал. Пришла пора — послали работать на севера. Станция Кизема стала недолгим приютом для юноши. Однако ж успели они бригадой поставить на паклю несколько срубов, прежде чем запела труба, призывая на службу Родине.

И полетел наш герой ещё дальше на север. Помнит он назубок и через 60 лет непривычное среднерусскому уху название Амдерма — полуостров, неприступным горбом вклинившийся в суровые воды Карского Моря.

Стройка и здесь не обошла Виктора. Строили военный аэродром, а заодно и казарму. Жили в палатках, аккурат на берегу «ледяного мешка» — так в прибрежье Ледовитого океана именуют Карское море.

Три года прослужил Волков в Арктике. Подошли к концу его дальние странствия.

Вернулся домой уже не с простой плотницкой специальностью, а с дефицитной профессией — экскаваторщик. Его «петушок», приписанный к МТС, колесил по городу и району без устали.

Из больших объектов запомнилось строительство больницы, детского дома, дома престарелых. Бывало и в ночь приходилось работать: если аврал — мчались на торфоразработки и прочее, прочее.

Когда приспело дороги строить, «оседлал» Семёныч Т-100 и закрутила его работа на все сто! Мотался по командировкам. Тем временем семья его росла и росла…

***

Тут следует остановиться в описании трудовых будней нашего героя и коснуться дел душевных: семейные узы раз и навсегда связали Виктора Волкова. Высокий, стройный красавец был под стать избраннице, светлоликой Ниночке — Нине Герасимовне. Всё шло своим чередом, как подобает у молодой семьи. Радости не было краёв, когда появился ребёнок, но… Горю не было конца, когда девочка умерла во младенчестве. Удар был страшный. Врачи не рекомендовали больше рожать. И тут вышли на поверхность силы, таившиеся глубоко в сердце у Виктора. Не был он никогда коммунистом. Когда предлагали в партию вступить — отказывался. Причин не называл. Говорят, не досчитался в этой связи он главной советской трудовой награды. Досталась та награда партийному напарнику. А причина отказа от партийности была в том, что был и остаётся Виктор Семёнович глубоко верующим человеком. И было ему видение: во сне явилась Божья Матерь и сказала: «Подожди. Будут дети тебе». Проснувшись, поклялся Виктор воспитать столько ребятишек, сколько Бог даст. И появился в скорости у него Володя. Потом Виктор, а за ним Марина. Следом Наташа, Таня, Оля, Андрей.

Семерых детей родили Волковы во славу Богородицы. Интересно, что Виктор Семёнович сам вырос в семье, где семь детей. Вот такая арифметика судьбы!

***

Большая семья требовала больших забот. Глава семейства упирался на работе, себя не жалеючи, чтоб обеспечить достойный быт. Его ценили. В бытность свою в жуковской сельхозтехнике получил он орден Трудового Красного знамени и ещё несколько высоких наград. Среди них даже есть медаль «За отвагу на пожаре». О ней Виктор Семёнович рассказывает весело. Дело было под Званкой (граница Жуковского и Дятьковского районов, между Косиловым и Бацкино). Дисковали они с напарником поле. Видят, что занялся лес недалеко от опушки. Напарник отказался встревать, пусть, мол, горит, не моё дело, а Волков не смог смотреть, как горит народное достояние. Направил свой трактор вокруг очага, пропахал большущую заградительную борозду. Пожар, пожрав оставшийся клочок леса, затих. Тогда медаль Волкову не дали. Даже попробовали обвинить, что он этот пожар и соорудил. Но на обвинениях обожглись сами недоброжелатели. Был второй подобный эпизод и уж тогда медаль заблестела на груди героя.

Спрашивали его тогда: зачем тебе это надо? Ради медали, что ль, в огонь полез? Не отвечал Семёныч. Только вздыхал глубоко и отворачивался.

***

Так текла жизнь, и спорились дела, да, видно, не бывает глади без беса.

19 августа 1978-го года для Виктора Семёновича — страшная дата. Каково человеку, всю жизнь работавшему, в одночасье оказаться на больничной койке с переломом шейных позвонков? Руки, ноги не работают. Как жить? Мысли нехорошие копошились в голове.

— В двенадцатом часу ночи это было, — рассказывает Виктор Семёнович, — помолился крепко, попросил Святых об исцелении и уснул.

Приснился под утро сон, будто сидит он с удочкой на озёрном берегу. И попала на крючок не рыбёшка, не лягушка, а неведома зверушка. Вытащил он её из воды, а она болтает всеми четырьмя лапами во все стороны. На том и проснулся. К чему бы сон? Вспомнил, как к Святым обращался. Понял: знак это! Заработают ноги, руки. Утром зашёл на обход доктор Ермошко:

— Ну, как дела, Волков!

— Теперь буду жить!

— Да ты всё шутишь…

С того дня по-другому запульсировала кровь. Вернулась вера в себя. И пошёл в скорости Семёныч, хоть и плохонько, но своими ногами. Больничная палата опостылела. Поехал он в «Зарю» проситься на работу. Руководитель хозяйства знал Волкова хорошо — много работали вместе. Устроили нашего героя сторожем на колхозные луга. Положили зарплату в сорок рублёв. Не лишняя копейка для большой семьи.

Поначалу он по рабочим делам большей частью ползал. Сила ногам возвращалась долго и трудно, но неуклонно.

Пришла пора снова сесть за рычаги. Так Виктор сам для себя решил. Вокруг посмеивались: какой из тебя тракторист. Ты ж не прямоходячий!

Он отвечал так: «Моя воля. Моя охота». Был у него красненький тракторок Т-40. Цеплял он на него косилку и гонял по окрестным лугам. Легче вздохнула большая семья: вернулся кормилец, считай, с того света.

***

Маленько оклемавшись, поставил Волков себе новую задачу. Дети подрастали. Нужно думать, где им жить, когда обзаведутся семьями. Начались стройки, да перестройки. Чего это стоило ему — одному Богу известно, да только не жалился он никогда.

В 90-х его трудовое геройство государству уже было без надобности, но без дела он никогда не сидел. Всё крутился на своём тракторке, да сторожил луга, пока была в том надобность.

Не остановила, не сломила его потеря спутницы. Как будто и не уходила она никуда, а воплотилась в детях, во внуках…

***

Три года назад тряхнуло Виктора Семёновича: здоровье подвело, думал, что уж его срок пришёл. Ан нет: северную закалку так просто не вышибешь.

— Я ещё собираюсь пожить, — говорит Виктор Семёнович Волков.

Отчего бы не пожить? Как говорится, пока на своих ногах! Осталась одна загвоздка: хотелось бы ему иметь отдельное жилище. В государственную программу обеспечения жильём он войти имел право, да опоздал с подачей документов. Теперь ждать нужно целую пятилетку, а есть ли у него столько времени?

***

Общение с Виктором Семёновичем надоумило поискать следы его трудов в дальних краях. Полноценного выхода на арктическую Амдерму найти не удалось. Однако выяснилось, что аэродром на полуострове, который строил Волков, функционирует до сих пор. На аэродроме, расположенном рядом с посёлком, с 28 августа 1956 года базировался 72-й гвардейский Полоцкий ордена Суворова III степени истребительный авиационный полк, выполнявший задачи противовоздушной обороны. Полк выведен с территории посёлка 25 октября 1993 года. Теперь здесь гражданский аэродром.

С Киземой вышла целая история. Получилось так, что посёлок находится недалеко от города Вельск Архангельской области. Там в районной газете работают чудесные отзывчивые коллеги. По нашей просьбе корреспондентка «Вельских Вестей» Наталья Дедова отправилась в Кизему. Оказалось, что в посёлке сохранилось довольно много домов, построенных в середине пятидесятых. Какие из них строил Волков, сегодня установить сложно. Отметим, что именно в то время возводились Киземская школа и новый вокзал. Очевидно, что продукция с местной лесопильни использовалась в строительстве, а ведь бригада Виктор Семёновича работала смежно с лесопильней.

Среди присланных Натальей Дедовой фотографий, Виктор Семёнович безошибочно опознал одну:

— Здесь был клуб! — и добавил небольшую историю, — Мы сюда ходили на танцы. Перед клубом лежала большущая куча веток. Стою я возле этой кучи, слышу в клубе шум — вроде драка. И бежит оттуда хлопец. Схватил ветку за один конец и тащит. А я на другой конец ногой наступил. Он тянул, упирался, но так и побежал ни с чем. Зато все целы остались. Я в таких делах не участвовал. Баловство это всё.

Баловство или нет, а несколько человек из бригады осели в Киземе. Можно сказать, что есть там небольшая брянская диаспора. Бабулька одна в разговоре с корреспонденткой припомнила фамилию Волков. Сама родом из Карачева, она приехала, видимо, с той самой молодёжной бригадой. Виктор Семёнович по фотографии старую знакомую не признал. Не мудрено, ведь больше шестидесяти лет прошло. Не признал он и ещё одного человека. На удачу, я показал ему фотографию знаменитого поэта Юрия Визбора. Будущий бард, актёр, писатель работал в Киземской школе. По всем подсчётам выходит, что они в одно время приехали в Кизему и почти одновременно покинули посёлок. Может, виделись мельком, да не знали, что один станет всесоюзно известным автором-исполнителем, а второй кавалером ордена Трудового Красного знамени, отцом семерых детей, несгибаемым жизнелюбом. Знал бы Визбор о такой судьбе, как у Волкова, — обязательно посвятил бы ему песню!

 Leave a Reply

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>